Запойное чтиво

Лесгустой :: Баллада о 26 армянских гастарбайтерах (импорт)

2010-02-13 15:08:07

Зашёл как-то раз на старую хату, в которой прошло моё детство и часть йунасти. А там – пиздец - веселуха. Ментов - как грязи.
Оказалось, что те славные пацаны, которым я эту хату впарил - сдали её армянам, а этажом выше - такие же умники - сдали хату цыганам.
У цыган ночами было весело - ебать-коптить и дым столбом - музыка играет, табор пляшет, мандавошки скачут и ваапще культурные развлечения по полной программе.
А у армян - грустно. Бабушка Каринэ и её внучько скучали ночами под висёлые оргии соседей сверху. К тому же, негодяи - цыгане умудрялись пиздить у них развешанное для просушки бельё.
Но тут к бабке приехал целый кагал джыгитской родни из Еревана. Гарные такие хлопцы, без комплексов.
И перво-наперво они с цыганьём немножко друк друго парезали и слехка постреляли. Очевидцы рассказывали, что армянам эпиздосов наваляли за всю монтану, но те стояли до последнего стоящего.
А потом, как это водится, приехала копилка с ОМОНом - и всех приняла.
Обезьяннег, говорят, был переполнен загадочными нерусскими диаспорами.
Менты были в ахуе - чё же делать.
В честь этого, беспесды, выдающегося события, решил я нахуярить фстолбег героическую касыду о 26 армянских гастарбайтерах.
Четайте, ёптъ.

Баллада о 26 армянских гастарбайтерах

Пой касыду, ара,
Пой.
Земля очень круглый
Такой.

В горах Арик поёт
Песнь.
Их было
26.

26 их было,
26.
Аскарблений такой
Не снесть.

Не забудут джигиты
Честь
Покарает обидчиков
Месть.

Слышишь страшный костей
Стук
Далеко разносится
Звук

Из могилы дымится
Туман.
То отважный восстал
Шаурмян.

И костлявой грозит
Рукой.
Паднимайся, ара
На бой

Хор в горах запевает
Песнь.
26 их было,
26.

Кто порезан ножом,
Как баран,
Кто успел
Отвалить в Ереван

Мы посмотрим,
Пока есть туман,
Как живёт там
Табор цыган
. . . . . . . . . . . . . . . .

Ночь, луна, просто
Нету слов…
В Ереване ебут
Ослов.

Вот в такую же ночь
И туман
Их покоцал
Табор цыган.

Поселили их в общий
Квартир
С коммунальный уютный
Сортир

Но толчок занимал
Первым он
Наглый цыганский
Барон.

Где ссать-где срать
Скажи
Загажены
Этажи

В толчок не войти
Хуй-наны
Армяне срутся
В штаны

И тогда восстал
Шаурмян,
И поднял он
Всех армян

В этой квартире
Здесь
Их было
Всего 26.

Достал свой обрез барон,
Унитаз отвоёвывал он,
Но было ему – не снесть
Кинжалов - 26.

Тогда весь табор
Восстал
И выдержал он,
Не пал

И пели победную
Песнь
26 цыган
26

В земле чужой,
Не родной
Похоронен армянский
Герой.

Убитый
Пулей в висок,
Он полёг
За всеобщий толчок.

26 их было,
26.
Аскарблений такой
Не снесть.

Не забудут джигиты
Честь
Покарает обидчиков
Месть.

Из могилы дымится
Туман.
То отважный восстал
Шаурмян.

И костлявой грозит
Рукой.
Паднимайся, ара
На бой

Хор в горах запевает
Песнь.
26 их было,
26.
. . . . . . . . . . . .

Красной залупою
В небе луна
Смелых джигитов
Помнит она

26 армян
26.
Хоть в квартире
Их трудно счесть.

То не ветер шумит,
Не туман.
То рокочет табор
Цыган:

«Будулай,
У нас всё в порядке,
Всё спокойно.
И в целости бабки.

Спи спокойно, родной
Барон
Мы армян выгнали
Вон».

Но не сдался
Кавказ уркаганам
Кровный месть
Будет мстить он цыганам…
. . . . . . . . . . . .

Ночь, луна, красота
Нету слов…
В Ереване ебут
Ослов.

Вот в такую же ночь
И туман
Их покоцал
Табор цыган.

Поселили их в общий
Квартир
С коммунальный уютный
Сортир

Но толчок занимал
Первым он
Наглый цыганский
Барон.

И тогда восстал
Шаурмян,
Зарамсив проблемы
Армян
. . . . . . . . . . . . . .

Свет небес все темней,
Ара-джан.
За героев
Мочат цыган.

Кто в висок прострелен,
Кто в грудь.
Им в могила
Указан путь...

Пой касыду, ара,
Пой.
Земля очень круглый
Такой.

И в Армений есть радостный
Весть.
Их в квартире опять
26.