В общем и целом тебе тут все рады. Но только веди себя более-менее прилично! Хочешь быть ПАДОНКАМ — да ради бога. Только не будь подонком.
Ну, и пидарасом не будь.
И соблюдай нижеизложенное. Как заповеди соблюдай.
КОДЕКС
Набрав в адресной строке браузера graduss.com, ты попал на литературный интернет-ресурс ГРАДУСС, расположенный на территории контркультуры. ДЕКЛАРАЦИЯ
Главная Регистрация Свеженалитое Лента комментов  Рюмочная  Клуб анонимных ФАК

Залогинься!

Логин:

Пароль:

Вздрогнем!

Третьим будешь?
Регистрируйся!

Слушай сюда!

fon.klaus. Видишь ли, я не то чтобы болею за «Зенит»... и не то чтобы стою на страже нравов... но от темы, которая вдохновила тебя на почти олдскульный стих, у меня возникает изжога и идиосинкразия. Тагшта фтопку. Пешы исчо.

Француский самагонщик
2020-11-10 14:16:42

Непедрилов. Ладно бы только похабно было. Так еще и скучно.

Француский самагонщик
2020-08-06 17:29:35

Любопытный? >>




Секеляж

2012-08-20 12:41:08

Автор: евгений борзенков
Рубрика: ЧТИВО (строчка)
Кем принято: Француский самагонщик
Просмотров: 608
Комментов: 17
Оценка Эксперта: 38°
Оценка читателей: 40°
Проснулся он поздно. Часа в два. И сразу понял - дивный, морской, солёный воздух, с запахом водорослей и рыбной чешуи благотворно влиял на нервы. Спать хотелось практически всё время. Быть может, приехав сюда, он просто сбросил с себя этот неподъёмный груз забот, проблем, нерешённых задач, которые резиновой жвачкой жевались в голове и не давали ни на минуту о себе забывать. Он вообще удивился, что это ему удалось. Обычно просто так вот взять и выбросить что-либо из головы не так-то просто. Так-то оно так, но не так-то уж это и легко. Как бы не так. То-то и оно. Потому что это трудно.

Наверное, всё потому, что она тоже здесь. Эта его давняя знакомая. До встречи сегодня утром он жил несколько лет, думая что уже свободен. От всех этих чувств. Он встретил её сразу же, как только приехал в дом отдыха. В этот чёртов юг.

Она, в широкополой шляпе, в лёгком, почти воздушном голубом парео, который был по сути всего лишь куском полупрозрачной ткани, в маленьких, унизанных разноцветными крупными бусинками, шлёпанцах, с вместительной торбой, в которой лежала двухлитровая бутылка «Балтики», пляжная подстилка, книга по домоводству, крем для загара, косметичка, термос, палка колбасы и половина торта «Лучано» – выходила из дверей и столкнулась с ним, который в это время как рас входил навстречу.
Обычные приветствия, дежурные комплименты, сдержанно-радостное удивление.

Он потом ходил гулять, купался в море и дал себе твёрдое слово не искать встречи. И не искал весь день. Постепенно успокоился и даже поздно вечером выпил в баре несколько кружек. Было весело, и её нигде не было видно. Он танцевал и немного перепил.
В небе всё это время была Луна.

Наутро он открыл глаза и первая мысль о ней. Снова о ней. У них была когда-то своя личная история. Она из тех, кого называют стервами. Что, на самом деле здесь такого, когда томно, с придыханием она выговаривает твоё имя и при этом глаза сияют, её улыбка адресована только тебе, ты видишь её губы, эти нежные складки у рта, она улыбается, её сияющие почти целые зубы, ты замечаешь как сияет всё её лицо, оно сияет просто нестерпимо, просто режет и слепит глаза, и, уже увязнув в капкане всеми лапами, ты не можешь тут не подумать, что всё это для тебя.

Для тебя, тебе это всё.
Эта мысль как контрольный в голову.

Хуяк.

Ты ловишь будто бы невзначай брошенный, лукавый игривый взгляд из-под полуопущенных ресниц. Пройти мимо, окатить глазами с ног до головы, обернуться, убедиться что ты смотришь и исполнить только для тебя эту древнюю песню. Для неё это просто. Этот танец бёдер, спины, когда каждый изгиб – секс. Он стоял, открыв рот, смотрел ей вслед. С его губы тянулась слюна. Он был куском глины, весь его мозг стёк вниз, собрался там, и наполнил пещеристое тело. Оно разбухло и доставляло неудобство, выпирая из штанин. Оно путалось между ног, мешало ходить.
Било по коленкам.

Так было в тот раз.
Он был поражён вирусом, о котором до того не имел понятия. И чтобы исцелиться, нужна была она. И он пошёл за ней. Он её догнал. И, уверенный в себе /он был молод и самонадеян /, схватил её рукой за нижнюю выпуклость и грубо разверул. Закрыв глаза и вытянув трубочкой губы, он потянулся к ней своим глупым лицом.

Его отрезвила затрещина.
Его глаза открылись сами и таки широко. Он даже удивился. На него смотрело то же лицо, но в нём уже и близко не было игривой похоти. Теперь там было негодование. Она мерила его взглядом с головы до кончиков ботинок, будто в первый раз. Уже другой человек. Куда всё девалось. Он опешил. Зачем ей это? Ну, типа крутануть перед ним жопой и всё такое? Ведь это было. Ну да, понятно, надо делать всё красиво, ухаживания, вся мишура, цветы-кино-вино… Ну, а если немного ускорить? Кому от этого хуже? Ведь в итоге, всё этим бы и закончилось. Зачем оттягивать?
Короче, тогда не срослось.

И вот эта встреча. Не сказать, чтобы он рад. Но ведь было-то… Всколыхнулось. Сегодня утром под её парео шевелились прелести. Они, сука, снова шевелились. Они шевелились, они подрагивали, подразнивали, она несла их купать на пляж. Все эти ноги, груди, ягоды…
Парео просвечивалось на солнце.
Она шла гордой походкой, независимая женщина, знающая себе точную цену.
До копейки.
Две эти аппетитные булки сзади терлись друг о друга.
На ней не было лифчика.
Полные, налитые жизнью, груди покачивались.
Казалось, они улыбались и говорили «привет, хочешь вставить между нас?»

Куда она шла в таком виде от него....

Он встал, прошёлся по комнате. Закрыв глаза, он видел как она продолжает идти. Она шла, виляя бёдрами. Подъехать снова? Но нет, нет, ничего не будет. На фиг надо. Нет, ну может просто, спросить как дела, то сё, предложить выпить: ну как ты? Да всё нормально, кто-нибудь есть? Да нет, пока никого, а у тебя? А почему ты одна? Да так как-то всё, знаешь, отдыхаю вот, так может ко мне?

Перед глазами стал наклёвываться сочный сценарий. Она улыбчивая, ласковая: что будешь пить? Да вообще-то я только шампанское, о как кстати, а у меня есть! И конфеты даже, прикинь! Ой, что-то темнеет, а у меня всего одна кровать, но посмотри какая широкая! Давай немного развеемся, возьмёмся за руки, да нет, не надо, я не могу так сразу, мне нужно время, может просто надо ещё немного выпить, да не вопрос! На пей! Вот пей ещё! На, блять! Нет–нет, смотри, у меня из носа идут пузыри, мне капельку, только чуть, нет, шторы лучше задёрнуть, ну подожди, давай я сама расстегну, ой, а если кто-нибудь войдёт? Не войдёт, я запер дверь, только ты отвернись, я стесняюсь, да, да конечно, а кровать не скрипит? нет я её смазал, а чем, чем ты её смазал? Чем? Зачем тебе? Я хочу знать, это важно, да ради бога – вот, крем «оргазм», то, что у меня всегда под рукой, ой какая прелесть, я сейчас намажу тебе кое-что… а резинка есть? Что? Ну, гандон, спрашиваю, у тебя есть? Да, «дюрекс» подойдёт? Ну, так себе, давай, подожди, я сама его одену, вот так, тебе хорошо? Да

дышать
кровать постукивает перекошенной ножкой
стук переходит в дробь, дышать, раствориться в её глазищах, губах
когти – пальцы скользят по спине, вдоль спины, вверх-вниз, ягодицы
мы, задыхаемся
мы, ползём на вершину, мы, на вершине, мы, видим бога
кислорода не хватит назад
пик

пустота

Минута. Две. Три. Он открыл глаза. Он один. Сам с собой. И он кончил. Он густо заляпал спермой журнальный столик. Никогда ещё не было так хорошо. Настолько реалистично. Он видел её глаза, прямо перед своим лицом. Глаза светло-янтарного цвета, с карими крапинками. Он посидел ещё, от нечего делать теребя рукой усталый писюн. Снова ставший маленьким, член. Подумал о ней. Страсть. Да. Да, конечно. Страсть исчезла. Исчезла. По телу расплылось спокойное равнодушие. Пресыщенность. Даже скорее вот так: лёгкое пресыщенное отвращение. Думать о ней не хотелось. Он поймал себя на мысли, что хочет подняться, сходить в душ и завалиться спать. Он лежал, чувствуя, что начинает дремать.
В дверь постучали. Спрятав в трусы, он босиком поплёлся открывать. Кто бы это мог быть.
Знакомых у него здесь не было.

Он открыл дверь. За ней стояла она. Живая, из плоти и крови. В том самом голубом парео. Она улыбалась. Она сказала «привет». И она пришла к нему. Немая сцена.
Он забыл, что стоит в одних трусах. На них блестели пятна свежей спермы.

- Ну, что? Ты мне не рад? может, пустишь? – она растягивала слова, стреляла глазками. Облизала губы и наклонила голову… Она ждала.

За окном доживал вечер, плавно перетекал в ночь. Море, уставшее за день, лениво плескалось у берега. Воздух шелестел в занавесках и как-то бередил душу.

Он перебирал пальцами, ухватившись за дверь.
- Ты знаешь… Ты извини, но… я не один… да и вообще… устал за день. Приходи в другой раз, ладно?

И неумело выдавив подобие улыбки, он захлопнул дверь.

Он стоял и смотрел в закрытую дверь. Он сильно сгрёб в пятерню свой чуб. Почесал ухо. Почесал в паху. Он сполз по стене, сел прямо на пол у двери и улыбался как дурак. Он думал что сейчас уже вечер, из окна комнаты видно небо.

Так тихо-тихо. И хочется пить.
ахуительно
пара технических косячков - но это не в счет

кукольник

2012-08-20 13:22:31

Ставлю оценку: 40

AbriCosinus

2012-08-20 13:33:24

качественно. весьма.

захар белоконь

2012-08-20 15:23:09

Про одноразовый шприц??

AbriCosinus

2012-08-20 15:27:09

захар. встань в угол.

anatman

2012-08-20 16:44:08

понел што перед тем как драчить нужно ещо немного подождать.
заебись.

евгений борзенков

2012-08-20 22:41:28

спасибо.
онанизм на самом деле уже давно вышел за рамки обычного рукоблудия. это уже мировоззрение, политика и, если хотите, новое мышление. сейчас серьёзно стоит вопрос о создании нового религиозного движения, секты, где онанизм станет ритуалом, обрядом, подобным жертвоприношению.

дело за малым: нужно придумать название для секты. я предлагаю "Верная Рука"

АраЧеГевара

2012-08-20 22:50:13

согласен с афтором. напремер, в епонской культуре принородная дрочка вытеснела банальное харакире. с удовольствием вступлю в секту, предлагаю название "Рука-владыка"

АраЧеГевара

2012-08-20 22:50:27

Ставлю оценку: 40
тьфунавас
у нас в школе был военрук Григорий Онанович
шобйаздох, не вру

АраЧеГевара

2012-08-20 23:15:37

точно хорошее название"Воин Рук"
AraChe 2012-08-21 00:15:37
сжок

евгений борзенков

2012-08-20 23:18:52

AraChe 2012-08-21 00:15:37

Ара гггг, ахуительно! не в бровь а в глас.

АраЧеГевара

2012-08-21 06:01:52

Сыкуляж.
я ибал сведко. Сведка ни любила эйбаца а патом панравилась. Айя низахател ибат сведко а в рот захател. Сведа низахатела и пашла сцатъ. Йа стал драчить. А у сведы был пёзик виселая мардашка. Айя драчил а пёз сматрел. Я с закрытымя глазаме а пёзик стал лизать мне хуй. с открытымя а песик нилижит, смотрит. Йа закрыл пзу глаза но лизать нидостал. тогда опять закрыл и пезик лижет. Пришол нивазмизъ сведкин папа игаварит СВЕДОЧКА-ДОЧКА! Он наверная думал што я эйбал сведку а ни тузика. Йа изпугалса и кончил мардашки на йбло. Сведин Папа малчал у ниво свило йбало от вахуя.

захар белоконь

2012-08-21 11:48:48

"Раньше я не понимал онанистов (не было проблем с женщинами), а теперь мне семьдесят, и я не пойму что лучше". Дж. Николсон

Fурия

2012-08-21 20:14:00

улыбнулся и текст и комменты) сразу понятно как делать не нада и что делают все и нефик делать вид, что мы этого не знаем.

Щас на ресурсе: 51 (0 пользователей, 51 гостей) :
и другие...>>

Современная литература, культура и контркультура, проза, поэзия, критика, видео, аудио.
Все права защищены, при перепечатке и цитировании ссылки на graduss.com обязательны.
Мнение авторов материалов может не совпадать с мнением администрации. А может и совпадать.
Тебе 18-то стукнуло, юное создание? Нет? Иди, иди отсюда, читай "Мурзилку"... Да? Извините. Заходите.